Путешествие на Край Света. Статья для журнала.
Я хорошо помню свой первый поход, когда в горах на высоте более километра для разведения костра из совершенно сырых веток нам пришлось сжечь всю имеющуюся у группы бумажную и полиэтиленовую упаковку от продуктов. Весь день шел моросящий дождь, было холодно, сыро, мы все очень устали и хотели есть. Через полтора часа безуспешных попыток костер-таки разгорелся, нашей радости не было предела, а ощущение тепла и безопасности, как по волшебству, передалось всей команде.
Для прохождения сложных маршрутов требуется не только хорошая физическая форма, но и определенное снаряжение, поэтому успех мероприятия во многом зависит от качественной подготовки. Турист должен быть здоров и в любую погоду чувствовать себя комфортно, именно от этого зависит продолжение или не продолжение похода, что на длительных дистанциях – самое главное. Так как погода в высокогорье способна меняться в любой момент от палящего солнца до ураганного ветра с градом и затяжного дождя, необходимо иметь при себе страховой запас продуктов и подходящие вещи. Обо всем этом, конечно, нужно позаботиться заранее.
Долгое время путешествуя в группах, я вынашивал идею полностью самостоятельного автономного похода. В этом году мне, наконец, удалось воплотить ее в жизнь, благо мне это позволял накопленный туристический опыт. Районом путешествия мной был выбран Шпицберген – группа островов, расположенных в Арктике далеко за Полярным Кругом. Самая крайняя точка на карте, до которой, с одной стороны, можно добраться обычными регулярными рейсами, с другой – это одна из самых малообитаемых и посещаемых территорий на Земле. Но тянуло меня туда не только это. Мне хотелось хотя бы ненадолго прикоснуться к северной природе, к ее суровой красоте с голыми долинами и горами, снежными шапками и низким тяжелым небом.
В конце июля, собравшись духом и упаковав рюкзак, я отправился в долгожданное и волнительное путешествие. Путь из Екатеринбурга до Лонгйира, столицы Шпицбергена, со всеми пересадками занимает около четырнадцати часов, из которых девять – перелет в воздухе. На архипелаг возможно попасть только через Норвегию, предварительно получив транзитную визу. Для пребывания на самом Шпицбергене – виза не требуется.
Впечатляющие пейзажи открываются сразу по заходу самолета на посадку – пологие черно-коричневые горы, вырастающие прямо из воды. Большая часть архипелага покрыта вечными ледниками и торосами непроходимыми для человека. Норвежское название Шпицбергена – Свальбард, что в переводе означает Снежные берега. Территория практически необитаема, за исключением четырех постоянных поселений с общей численностью менее двух тысяч жителей. Для примера, постоянная популяция белых медведей на архипелаге в разы превышает его население. Учитывая удаленность островов от Большой Земли, здесь размещено стратегическое подземное хранилище семян более 10 000 видов различных растений Планеты. Сооружение построено для сохранения флоры в случае возможной ядерной войны. Управляет Свальбардом Губернатор, назначаемый королем Норвегии. Губернатор является на островах абсолютным монархом, он же - главный полицейский, нотариус, и судья. Согласно местным законам, умирать на островах запрещено. Не смотря на суровость своего положения, а это 78-я параллель, в Лонгйире есть вся необходимая инфраструктура для комфортной жизни: супермаркет, несколько баров, школа и бассейн. Автомобилей здесь достаточно много, учитывая, что ездить особо негде из-за отсутствия дорог. На всех муниципальных парковках для каждого места предусмотрены специальные стойки с розетками - для подключения обогревателя двигателя, который установлен у каждого. Многие машины имеют еще одну фару на крыше для использования полярной ночью, когда Солнце вообще месяцами не показывается над горизонтом.
Шпицберген - беспошлинная зона, поэтому цены в местных магазинах ниже, чем на материке, и норвежцы здесь зачастую закупаются всем необходимым перед вылетом домой. Многие из них имеют на Шпицбергене полярные дачи - маленькие домики черно-красной расцветки с большими панорамными окнами. Обязательно - с видом на суровое Баренцево море. Почти во всех окнах стоят живые или свежие цветы. Возле каждого дома установлен высокий флагшток с развевающимся треугольным флагом страны.
В Лонгйире очень много снегоходов, и все лето они ожидают нового снега на том же месте, где их застала весна и полярное солнце.
По местным законам, выходить за пределы Лонгйира без ружья запрещено в связи с опасностью нападения белых медведей, которые и сами, кстати, довольно часто наведываются в поселения в поисках пищи. Скажу сразу, что ружье на маршрут я не брал, рассчитывая на то, что медведи на лето мигрируют на северо-западное побережье на лов рыбы, да, и слишком большой вес снаряжения на старте не позволил бы мне взять дополнительные 6-7 кг., которые весит ружье. За десять дней пребывания на островах хозяев Арктики я так и не встретил. Но каждый раз прежде чем выйти из палатки, я осторожно выглядывал из нее, внимательно осматривая окрестности, и только затем выходил.
По прилету на Шпицберген сразу ощущается свежесть воздуха – он по-морскому прохладный, сырой и соленый. С погодой мне очень повезло - сильного дождя за все время пребывания не было ни разу, а днем иногда даже приходилось пользоваться солнцезащитным кремом, при этом температура была в районе десяти – двенадцати, а ночью – не ниже трех-пяти градусов. Для столь высоких широт застать такую погоду - большая удача. Единственным исключением было несколько ночей, когда ветер был такой силы, что приходилось постоянно выходить из палатки и подтягивать стропы, чтобы не унесло тент.
В общей сложности, я прошел 160 километров за восемь дней. Связь с внешним миром была только в Лонгйире, на старте и финише. Еще раз позвонить близким я смог в Баренцбурге, где-то посредине пути. Все остальное время – полная автономия. Шансы встретить людей в радиусе пятидесяти километров невелики, поэтому необходимо было во всех случаях рассчитывать только на себя, с особой тщательностью продумывать каждую деталь: маршрут, расстояние, возможные выходы, количество газа, используемого для приготовления пищи. Учитывая дефицит веса, в дорогу я брал только самое необходимое, потому так важен был четкий контроль и следование плану.
Отдельного слова заслуживает поселок Баренцбург – это «русская колония» на Шпицбергене.
Согласно международного договора, Россия ведет разработки угля на архипелаге. Экономически это не выгодно, и угля хватает только на обеспечение теплом самого поселка, но здесь немаловажную роль играют геополитические интересы страны. В Баренцбурге шутят: «Чем меньше угля добываем – тем дольше присутствуем на архипелаге». О том, что уголь здесь есть, свидетельствует вездесущая черная пыль под ногами. Постоянное население поселка – не более трехсот жителей - это шахтеры и ученые, многие из которых перебрались за Полярный круг вместе со своими семьями. Последнее время поселок находится в глубокой реконструкции: сносятся старые бараки, возводятся новые здания и коммуникации. Есть здесь больница, пивоварня и даже спорткомплекс с бассейном. А на главной площади Баренцбурга с высоты бетонного постамента смотрит в суровую даль самый северный Ильич в мире.
Летом в Арктике полярный день, и Солнце вообще не садится за горизонт, лишь опускается чуть ниже на время ночи. На улице светло круглосуточно, а наступление вечера можно определить только по скользящим по земле лучам и резко падающей температуре. Каждый день я старался проходить больше запланированного, чтобы в случае форс-мажора иметь запас по расстоянию и времени. Несколько раз специально просыпался ранним утром, в начале пятого, чтобы не спеша сфотографировать пейзажи в красивом свете, а затем спокойно пить чай, слушая тишину.
Самыми живописными были ночевки на побережье, когда палатку удавалось поставить непосредственно у воды. В таких случаях я специально разбивал лагерь пораньше, чтобы иметь возможность подольше пообщаться с природой, максимально зарядиться энергией и силой для следующего дня. Вечерами подолгу сидел на сырой гальке, глядя туда, где небо плавно переходит в море, размышляя о многом, пытаясь запомнить приходящее ощущение гармонии. Кстати, температура воды в Баренцевом море не более семи градусов, искупаться так и не довелось.
Еще одной особенностью побережья являются местные птицы размером с собаку, норовящие спикировать прямо на голову, и для прогулок у воды необходимо иметь длинную палку, чтобы отгонять навязчивых пернатых. Приливы выносят на берег много досок, опутанных клубками бледно-коричневых водорослей. Так как на Шпицбергене своей древесины нет, то все корабельные части, принесенные из глубин волной, считаются исторической ценностью. Передвигать их, тем более, уничтожать – запрещено. Интересно было не торопясь прохаживаться между такими останками, понимая, что некоторым уже более ста лет, и думать о том, сколько всего им пришлось повидать.
Первый раз на моей памяти под конец похода мне не хотелось как можно скорее выйти к финишу, не было привычного ощущения стойкой усталости и боли в суставах. Я просто знал, что выйду ровно по графику, и даже жалел об этом, потому что еще не хотелось расставаться с породнившимися ландшафтами. Такие испытания хорошо укрепляют дух, позволяют поверить в себя и силы и победить страх перед неизвестностью. По возвращению домой и осознанию пройденного, мне захотелось только одного – повторить все заново.