Путешествие в Каменный век. ч.3. Жизнь у папуасов Короваи

Ну вот, наш долгий двухдневный путь позади. Самолет и моторные лодки остались там — в далекой и, кажется, несуществующей цивилизации.

Встреча с папуасами Короваи

Перейдя по перекинутому бревну на другую сторону речушки Sekom, мы оказались в Каменном веке.

Перед нами была большая, хаотически вырубленная поляна, на которой виднелись вознесшиеся к небу четыре дома на деревьях. Это дома короваев.

Прямо у речушки был наш отель под названием «long house» — длинный сарай, сплетенный из веток и покрытый пальмовыми листьями — в нем нам предстояло провести ближайшие три ночи.

Около него нас встречали главы двух семей Короваи, которые жили в этом месте — Питер и Ото со своими несколькими женами и малыми детьми. Все были в «одежде» этих мест — женщины в травяных юбочках, а мужчины — с небольшими закрутками из листа на пенисе и несколькими кольцами лианы вокруг талии. Ото был еще и с кинжалом из кости казуара.

Они приняли наши дары в виде табака и сигарет, предусмотрительно купленные нашим гидом Эдди, и Питер гостеприимно раскрыл двери сарая — «Добро пожаловать»!

Мы пришли туда, куда нас неудержимо влекло почти год — за пределы цивилизованного мира, к народу, все еще живущему по законам джунглей и в условиях Каменного века…

Все наши мужчины поздоровались с Питером и Ото за руку, а женщины молча стали разглядывать друг друга. После церемонии знакомства, мы побросали свои вещи внутрь нашего «отеля» и бросились в речку. Какое блаженство было погрузиться в эту воду прямо с головой и смыть с себя грязь и пот долгой дороги!

Температура воздуха была +32, а воды 26, но она показалась нам ледяной. Наверное мы перегрелись за время перехода до +40. Просидели в воде почти час, пока нас не позвали на ланч. Вода была немного коричневатая по цвету, но прозрачная. Такакого цвета воду я помню по торфяным болотным озерам Урала.

После ланча расставили в «long house» палатки. Так как мы знали, что в этих местах и по ночам жарко, то из спальных принадлежностей, которые мы брали с собой, исключили спальные мешки. Эдди обеспечил нас надувными матрасами и пары тонких простыней было достаточно для комфортного ночлега. Спать можно было совершенно раздетым. А в качестве подушек каждый использовал то, на какой комфорт он рассчитывал — надувные, пуховые подушки или кроссовки под голову. В общем, такого рода принадлежностей, мы брали по минимуму и прекрасно обошлись.

Отсутствие электричества в течение почти недели тоже не было для нас большой проблемой. Зная это, мы зарядили все свои батареи еще раз в отеле Декаи. И хорошо, что я купил дополнительные батареи и на свой Никон, и на видеокамеру. Полагал, что заряда хватит, но, приходилось экономить и стараться продумывать каждый кадр.

У дверей в наши «аппартаменты» постоянно толпились портеры и следили за каждым нашим движением, ожидая сувениров и подачек. Вскоре подошла одна из жен нашего Ото — — кормящая мать с грудным ребенком в торбе за спиной с чудовищно распухшей правой грудью и такой же опухшей правой ступней ноги. И то и другое было смазано какой-то желтой глиной. Она стояла молча, но по ее глазам было видно, что она просит о помощи.

Мы дали ей антибиотик для ноги, а Валера — главный специалист по всем жизненным вопросам, посоветовал делать массаж груди. А мужу, стоявшему рядом, он сказал, чтобы тот отсасывал у нее молоко. Ото брезгливо поморщился и продолжал молча стоять, глядя как Валера показывал, как нужно массировать грудь и сцеживать с нее молоко. быстро все поняла и, превозмогая боль, стала это делать сама.

С ногой дело было похуже, но думаю, что антисептик и антибиотик, который мы ей дали, помогут справиться с инфекцией, занесенной в рану ноги. Получится ли? Больничный ей никто не даст, а женские обязанности по содержанию семьи никто не снимет. Но назавтра мы видели ее, бродящей с этой ногой в болотной жиже со своими товарками при заготовлении саго…

Первый вечер с папуасами Короваи

Вскоре заморосил дождик, который прекратился только вечером. Хорошо, что палатки поставили под надежной крышей из пальмовых листьев. А ведь поначалу, чтобы было посвежее, мы хотели установить их около сарая на улице.

На ужин к нам пришел Питер и начался вечер вопросов и ответов. Все выглядело очень романтично и в духе стародавних времен — на импровизированном столе, раскинутом прямо на циновках на полу, был подан, приготовленный нашими поварами ужин из трех блюд, горели две свечи и стояла бутылка местного индонезийского виски «Робинзон», изготавливаемого на Бали.

Разговор шел на трех языках — мы спрашивали на английском, Эдди переводил это на bahasa (индонезийский) повару Джани, знавшему коровайский. А тот уже обращался к Питеру.

— Почему вы живете на деревьях?— Это делается для нашей безопасности. Это и защита от других племен, и от диких свиней и от змей. А чтобы змея не заползла по стволу вверх, втыкаем в столбы, на которых дополнительно поддерживается дом, колючки. Мы, короваи, живем семьями. У одного мужчины может быть несколько жен. Женщины и мужчины живут в разных домах. С женщинами находятся дети и собаки. Мужчины выполняют тяжелые работы — рубят пальмы для еды и строительства, строят дом и охраняют его, а женщины выполняют другие хозяйственные работы — разделку пальмы саго, получение муки, приготовление пищи, ловлю рыбы и мн. другое.

— А как залезают туда маленькие дети? Ведь это очень опасно. Я слышал, что при попытке подняться в такой дом по бревну со ступеньками-зарубками, как-то погиб один немецкий турист.— Маленьких детей поднимают на плечах мать или отец, а дети постарше свободно забираются сами. Кроме того, сейчас мы строим дома на более низкой высоте специально для женщин с маленькими детьми.

Сейчас уже практически мала вероятность похищения женщин представителями других племен. Времена меняются. И мы все-же довольно близко от вашей цевилизации. Но среди короваев, живущих далеко вглуби джунглей, случаи похищения встречаются и сейчас — ведь хорошая женщина всегда пригодится в хозяйстве. А что касается немецкого туриста, то такой случай действительно недавно имел место по соседству — он был немного нетрезв.— Ну, вот — за то, чтобы не упасть и нам — надо выпить!— А вы и ваша семья не хотите выйти из джунглей?

— Я и три мои жены с маленькими детьми — не хотим. Но у меня есть два старших сына, которые живут в Мабуле и учатся там в школе. Они нас навещают. Вот и сейчас один из них помогал вам придти сюда в качестве портера.

Это напоминает мне ситуацию с нашими заброшенными селами в глубинке и России, и Украины — молодежь покидает свои родные места, не имея там возможности для самореализации, а старики остаются в родных пенатах доживать и умирать.

Но здесь, в штате Ириан Джая, ситуация несколько другая. Как сказал нам Эдди — правительство Индонезии стимулирует процесс выхода папуасов из джунглей, выделяя около 11 тыс. долларов раз в квартал на каждую деревню. — А как девушка выходит замуж? — Мать дочери подыскивает жениха, видя как парни работают и какая у кого сноровка. Ведь он должен уметь многое. А еще претендент должен подарить отцу (дяде) и невесте ожерелье из кабаньих клыков.

— Большую ценность — добавил наш гид Эдди — имеют также ожерелья из морских ракушек, которые попадают в эти места через множество рук, и очень ценятся среди короваев. А клыки кабана считаются символом власти и красоты. Их носят либо на шее, либо прямо на лице, продевая два соединенных между собой клыка прямо через внутреннюю перегородку носа. Это считается очень красиво! — Сколько тебе лет, Питер?— Не знаю.

И действительно, как можно вести здесь какое-то летоисчисление? Ведь все время лето, все время жарко и почти всегда дожди. Никаких значимых и видимых временных вех. Определять по росту и цветению пальм саго? Это слишком долго и неопределенно. Да и привязываться к одному месту короваи не любят после того как срубят все пальмы в округе. Ведь она — основа жизни и питания Короваи. И завтра с утра мы познакомимся с этим удивительным деревом.

— А как ходят в туалет, живя на вершине дерева? — Спускаются вниз и ходят в определенное место — туалет типа long drop (на Руси, про такие сооружения, провалившись туда внутрь, даже была загадка — Что такое «в глазах тоска, на шее доска»?). А по-маленькому можно и сверху — частые дожди смывают все.

Дождь прекратился, и мы вышли из нашего пристанища. Небо быстро очистилось от остатков туч и сияло мириадами ярких звезд, которые отражались в плавно текущей воде нашей речушки. Как тут не искупаться перед сном?

Сейчас уже вода была теплее чем воздух, и выходить из нее не хотелось. Да и трудно было оторваться от необыкновенного зрелища — чернющего неба и ярко сияющих на нем звезд. Джунгли жили своей ночной жизнью — то тут, то там возникали длинные светящиеся линии — это пролетали какие-то светлячки. А вдали раздавались манящие к себе звуки и крики ночных птиц.

Ночь во всех лесах не бывает тихой — везде идет поиск пищи животными, продолжается постоянная охота сильных на слабых или раздаются призывы провести ночь вместе. И джунгли не являются исключением из этого правила.

Но нам ночью лучше пойти к себе в палатку, предварительно выкурив оттуда всех насекомых. Выйдя с другой стороны из нашего сарая, я вдруг увидел дрожащее наверху пламя небольшого костра. Как — неужели там, в деревянном доме высоко на дереве, еще и горит костер? Как его разводят, и как не сгорает при этом дом?

Коровайский дом

Утром было солнечно, и мы занялись обустройством нашего житья. Комаров днем не бывает, да и вечером как-то их не было видно. А вот от мух и слепней — свирепых и назойливых, невозможно было никуда деться. Особенно докучали они за столом, который был снаружи и на который днем выставлялся завтрак и ланч. Не помогали ни спреи, ни мази от комаров. Спасением стали пара имевшихся у нас противомоскитных сеток, которые мы установили над столом и скамьей. Но, к сожалению, мест на всех под этими сетками не хватало.

Позавтракав, пошли посмотреть высотные дома короваев и их другой «Long house», в котором они проводят практически весь световой день, готовя там пищу и отдыхая от работы.

На громадной поляне, образовавшейся от вырубки джунглей, короваями были возведены высоко на деревьях четыре дома. Их конструкция проста — дом состоит из одной комнаты и поддерживается несколькими большими ветвями дерева и длинными подпорками, идущими до земли. Попасть наверх можно только по одному пути — стволу дерева диаметром сантиметров 15 с вырубленными на нем ступеньками-зарубками. Нет никаких перил или другой страховки.

Срубленные от расчистки поляны деревья были свалены по ее периметру, образовав «Защитный вал», который якобы невозможно преодолеть врагу. Ото вместе с маленьким сыном подошел к первому дому и, посадив его себе на плечи, ловко поднялся наверх по зарубкам на бревне. Эта лестница на ночь может приподниматься, чтобы по ней не смог подняться непрошенный гость. Правда, я не представляю, как это можно сделать — она же длинная и тяжелая. Дом находился на высоте метров 20. Нам он посоветовал подняться на другой дом, который был немного пониже и оборудован более удобной для туристов лестницей со ступеньками.

Взобравшись на него, открылась совершенно другая картина коровайского бытия. Здесь был легкий ветерок, не было мух и было немного прохладнее. Все сделано прочно и надежно. И без единого гвоздя. Все стойки и балки перевязаны между собой лианами. Прямо на полу в центре дома было кострище. Его устройство до гениальности просто — на ветки пола уложен толстый слой глины, на котором и разводится костер. Его-то я и видел ночью высоко наверху.

Меблировка дома простая: пол вдоль стен был устлан примитивным подобием циновок из пальмовых листьев, на которых короваи располагались на ночь. В одном углу лежало крупное основание стебеля от пальмы, вогнутое ложе которого также было вполне удобным для сна. Никаких подушек или покрывал. Растянулись на полу, если жарко или свернулись калачиком, если стало прохладно — и ночь пройдет хорошо.

Внизу виден второй коровайский «long house», который две семьи — Питера и Ото — используют для своих нужд. Они собираются там для приготовления и принятия пищи, отдыхают и принимают гостей. Он, как и наш, длиной около 30 метров.

Его двери с обеих сторон раскрыты настеж. Зайдя внутрь, сквозь стелющийся дым увидели два небольших костра, возле которых возились женщины. Детишки тихо сидели-лежали под стенкой на разложенных на земле циновках из пальмовых листьев. Не став нарушать их полуденный покой, договорились с Питером зайти сюда «на огонек» вечером.

Вечерние посиделки с Короваями

Мы пришли в этот дом снова впятером около 8 вечера, уже после нашего ужина. К шести вечера солнце садится и в семь часов вокруг уже полная темнота.

Зайдя в открытые двери «long house», увидели два небольших горящих костра — по одному на каждую семью. Питер возился у своего костра, раскладывая в нем камни, чтобы потом на них можно было испечь саговые лепешки.

Рядом с ним были три его жены. Самая молодая стояла возле него, а две других сидели у костра и начиняли саговую муку личинками. Беря по одной, легонько вдавливали ее, еще живую, во влажную муку и делали такой длинный продолговатый пирожок, который закручивали потом в пальмовый лист и перевязывали тонкой лианой. Несколько таких изделий уже были готовы и ждали своей очереди для запекания на раскаленных камнях.