"Маннергейм и блокада Ленинграда" Экскурсия

Открытая экскурсия «Маннергейм и блокада Ленинграда» пройдет в юбилейный 75й День памяти жертв блокады Ленинграда и будет посвящена роли главнокомандующего финской армией Карла Густава Маннергейма в этом трагическом событии.Показать полностью.

Насколько искренно любил Карл Маннергейм Россию и как поступил с бывшими сослуживцами во время финской гражданской войны? Какие условия содержания были в финских лагерях смерти? Знал ли Маннергейм о том, что более 80% советских военнопленных погибли в финском плену и какие исторические документы свидетельствуют о его осведомленности о военных преступлениях, за которые он нес персональную ответственность, как главнокомандующий? Правда ли то, что Маннергейм не поддержал генеральное наступление на Ленинград или финны были остановлены героическим сопротивлением Красной Армии? Наконец, почему Сталин пощадил Маннергейма? Ответ на эти и многие другие вопросы вы найдете на нашей экскурсии.

Экскурсия пешеходная и бесплатная, однако, мы призываем предварительно записываться желающих ее посетить во встрече Вконтакте https://vk.com/event127827647, чтобы экскурсия не превратилась в массовое шествие.

Начало мероприятия в 15.00, 8 сентября, сбор у фонтана «Шар» на Малой Садовой улице.

Целью экскурсии является напомнить жителям Санкт-Петербурга о тяготах блокады, осветить мало известные исторические подробности из жизни осажденного города, а также, поставить вопрос о целесообразности нахождения в нем мемориальной доски Карлу Маннергейму, внесшему существенный вклад в истребление ленинградцев.

В ходе прогулки вы посетите памятные блокадные места, такие как: памятник блокадному репродуктору, памятник блокадной проруби, блокадную подстанцию, Марсово поле, памятник защитникам о.Ханко, Спасо-Преображенский собор и мемориальную доску Маннергейму.

Организаторы: Движение Игоря Стрелковаи экскурсионное бюро "Променад"

• Все записи
• Новости организаторов
• Поиск

23 октября в 11:00 состоится уникальная экскурсия по заброшенным усадьбам Ленинградской области. Внимание остались еще места на воскресенье!!! Торопитесь! Запись по тел:+79522336596 или тут https://vk.com/topic-121699834_34370541

1)Усадьбу Тайцы, 2) Усадьбы Дылицы, 3) Усадьбу Пятая Гора, 4) Усадьбу Врангелей в Торосово, 5) Фамильное кладбище баронов Корфов и Врангелей.

На экскурсии по заброшенным усадьбам Ленинградской области вас ожидают захватывающие истории из жизни их владельцев, красивейшие виды для фотографирования, а также возможность поговорить с настоящими призраками!

Экскурсия автобусная Длительность экскурсии 6 часов Стоимость билета 1000 руб с человека Льготный(дети, студенты, пенсионеры) - 900р С репостом этой записи - 900р! Обязательно написать под постом: "сделал репост"

Подробности и запись по телефону + 79522336596 (Viber, WhatsApp) или во встрече https://vk.com/topic-121699834_34370541

Приглашаем на бесплатную экскурсию по местам блокады к доске Карла Маннергейма в День памяти жертв блокады Ленинграда 8 сентября в 15.00. Сбор на Малой Садовой улице у фонтана "Шар".

Приди и вырази свое отношение к доске Маннергейма в твоем городе.А мы расскажем во всех подробностях, о том кто такой Маннергейм и что он сделал хорошего для Санкт-Петербурга.

В ходе экскурсии мы посетим такие памятные блокадные места, как: Памятник блокадному репродуктору, Памятник блокадной проруби, трамвайную подстанцию на Фонтанке, монумент защитникам о.Ханко и другие места.

Приглашаем на бесплатную экскурсию по местам блокады к доске Карла Маннергейма в День памяти жертв блокады Ленинграда 8 сентября в 17.00. Сбор на Малой Садовой улице у фонтана "Шар".

Приди и вырази свое отношение к доске Маннергейма в твоем городе.А мы расскажем, кто такой Маннергейм и что он сделал хорошего для Санкт-Петербурга.

Репост! Репост! Репост!

ТАЙНЫ БЛОКАДНОЙ СУМКИ

Семь лет назад во время ремонта в одной из квартир на Петроградке была найдена сумка с документами, датированными августом 1941 года. В этой сумке была жизнь целой семьи Кондратьевых — мамы Веры, ее ушедшего на фронт мужа Владимира и троих маленьких детей. Почему бумаги 70 лет пролежали в тайнике?Показать полностью. Как сложилась судьба ленинградцев, оставшихся в блокадном городе без паспортов, справок и продовольственных карточек? Выжили ли они? Лишь чудом на прошлой неделе — после долгих поисков — потомки владельцев «блокадной сумки» нашлись.

В 2008 году в одной из квартир на Большом проспекте Петроградской стороны во время ремонта между потолком и чердачными перекрытиями рабочие нашли старинную сумку. А в ней — документы: паспорт Веры Кирилловны Авлащиковой, свидетельства о рождении трех ее детей — Люды, Бори и Раи, неизрасходованные продовольственные карточки, многочисленные справки, в том числе и с Завода им. М. И. Калинина, где Вера работала, заявления о предоставлении материальной помощи детям, сберкнижка, документы мужа Владимира Кондратьева. Все было датировано концом августа 1941 года — до начала блокады оставалось несколько дней, полным ходом шла эвакуация. Почему сумка с жизненно важными бумагами оказалась похоронена в чердачных перекрытиях, кто спрятал ее туда — загадка, на которую до сих пор нет ответа.

— Я понял, что документы очень важные, — рассказал «МК» в Питере» нашедший их Александр Митвинов. — Первым делом подумал, что будет правильно разыскать хозяев этих бумаг, если они выжили в блокаду, и вернуть им утерянное. Пусть и спустя 70 лет.

Кроме официальных бумаг и справок, в сумке нашлись письма Владимира Кондратьева из военной части, адресованные жене Вере и детям в Ленинграде:

«Я эти дни сидел скучней некуда. Писем от тебя не получал, и я прямо так нервничал, что не мог нигде находить места. »

«Вера, мне надоело здесь, мы отдыха не видели, день и ночь на ногах. Теперь мне, Вера, хотелось фотокарточки твою и детей. Я все же соскучился, посмотрел бы на фотокарточку — и обратно мне было бы веселей. Вера, живи поскромней, жалей детей и уважай».

«. Не беспокойся за меня, что отправят на фронт. Я очень доволен, что иду по своей военной специальности».

«Вера, теперь пиши, что есть вообще нового у вас и как с продуктами у вас. У нас я бы не сказал бы, как кормят, но все же неплохо. (. ) Мне почти хватает».

Были в сумке также письма сестры Веры — Клавдии, которую начало войны застало в деревне: «…Я никак не могу приехать. У нас тут каждый день бомбят кругом и тревоги беспрерывно. Что случись в дороге — кому мои дети нужны? Отца нет и матери не будет. Дорогая сестра! Получила твою открытку, так наплакалась. Вера, ничего не поделаешь, такое время».

Поиски хозяев документов растянулись на несколько лет и превратились в настоящий детектив. Александр Митвинов сначала сам пытался найти родственников Веры Авлащиковой — проверил адрес на Гатчинской улице, где семья была прописана в 1941 году, пытался «пробить» ленинградцев с такой фамилией через знакомых. Не добившись успеха, он передал сумку своему соседу по даче — краеведу и участнику военно-исторического общества «Форт «Красная Горка» Андрею Хвальскому. Тот отсканировал все документы и выложил их в Интернет.

— Если честно, я думал, что они быстро найдутся, — рассказывает Андрей Хвальский. — Обращался к медийным людям, стучался в разные сообщества в Интернете. Но тогда, в 2011 году, мало кому была интересна эта история. Я писал письма на Завод имени Калинина, где в 1941 году работала Вера Авлащикова, но они мне даже не ответили.

В 2013 году Андрей передал оригиналы документов в краеведческий музей города Ломоносова. На одной из выставок их показали в витрине, посвященной блокаде, с пояснением: «Судьба семьи неизвестна». О поиске владельцев блокадной сумки на время забыли, хотя копии документов продолжали кочевать по Сети.

Но в марте этого года к поиску подключилась петербурженка Елена Алексеева, много лет разыскивающая своих пропавших во время войны родных. Информацию о сумке она разместила сразу в нескольких крупных группах в соцсетях.

— Интерес к судьбе семьи Веры Авлащиковой стал нарастать, как снежный ком, — говорит Андрей Хвальский. — Мне стали писать не только петербуржцы, но и жители других стран, даже из Америки. Все хотели помочь разыскать эту семью, выдвигали версии, спорили, сопоставляли даты и факты. Например, мы поняли, что сумку, скорее всего, у Веры украли. Взяли оттуда деньги, а все «ненужное» бросили на чердаке. Правда, многих озадачил тот факт, что «вор» не отоварил продовольственные карточки. Оказалось, что в конце августа 41-го года еще не было дефицита продовольствия, поэтому многие ленинградцы не спешили получать свои пайки, о чем им уже осенью пришлось горько пожалеть.

Когда к поискам в Интернете подключились десятки тысяч человек со всего мира, удача наконец улыбнулась «блокадным детективам» — в одной из старых адресных баз на Петроградке нашли Веру Кирилловну Кондратьеву. Там же оказалась прописана и ее сестра Клавдия. Остальное уже было делом техники. Сотрудники краеведческого музея позвонили в указанную квартиру, нашли там родных Веры Кирилловны и сообщили, что сумка, потерянная в 1941 году их бабушкой, нашлась. Это произошло за неделю до празднования 71-й годовщины Дня Победы.

Конец этой детективной истории «МК» в Питере» узнал от дочери Веры Авлащиковой и ее двоюродной сестры (дочери Клавдии). Обеих зовут Иринами. Они рассказали о судьбе «бабушки Веры». Оказалось, что эта самая сумка сыграла роковую роль в жизни их семьи.

— Моя мама Вера Авлащикова родилась в деревне Большево под Гатчиной в большой семье, — говорит Ирина Лаптева (в девичестве Кондратьева). — В детстве она получила травму — когда дети разыгрались в бане, мачеха стукнула ее ладонью по уху, после чего девочка почти полностью оглохла. Учиться в школе она уже не могла, поэтому ее отправили в Ленинград, где она работала нянькой в хорошей семье.

Когда Вера выросла, познакомилась с Владимиром Кондратьевым — он тоже был деревенским, но перебрался в Ленинград. Семья жила дружно, к началу войны у них было уже трое детей. Старшей Людочке — 8 лет, младшей Раечке — три годика, среднему сыну Боре — четыре.

— Мама говорила, что Боря был похож на папу, а Раечка — на нее, — вспоминает Ирина. — Братик Боря был левшой, любил поиграть — брал левой рукой молоток и колотил им по полу, приговаривая, что будет как дядя Миша (наш дядя Михаил Кондратьев был известным краснодеревщиком).

В первые же дни войны Владимир ушел сражаться, а Вера осталась одна с тремя малышами в Ленинграде. В конце августа она собиралась эвакуироваться вместе со своим заводом в Казань, носила с собой все документы.

— Про кражу сумки с бумагами мама мне не раз рассказывала, для нее это было ударом, — вспоминает Ирина. — Она несла сумку в сетке-авоське, и ее «срезали».

Видимо, именно из-за пропажи всех документов эвакуироваться Вера с детьми не успела.

— У детей начался «голодный понос», — продолжает Ирина. — Старшая Людочка плакала и просила гороховой каши. И она, и Боря умерли дома. Раечку определили в детский сад, она умерла там. Их похоронили в братской могиле на Серафимовском кладбище. Маму с крайней степенью дистрофии все-таки эвакуировали на Большую землю. Мало кто верил, что до Казани (где расположился ее завод) ее довезут живой. Тетя Клава вспоминала, что мама от горя и голода была на грани сумасшествия. Сама Клавдия успела попасть в Ленинград до начала блокады и провела в осажденном городе все 900 дней, работая на заводе. В эвакуацию ее не отпустили.

Вера осталась жива. Как и Владимир — он прошел всю войну, был дважды ранен, но вернулся домой к жене. Каково им было жить дальше без трех любимых детей, можно только догадываться. Трагедия не сломала их любовь — в 1947 году родилась их четвертая дочь Ирина.

— Я поздний ребенок, «поскребыш», — говорит она. — Мама и папа меня невероятно любили и опекали, отец ни разу не шлепнул за все детство. Мы жили скромно, но дружно. Я с шести лет ходила с мамочкой по инстанциям, чтобы ее взяли на работу, была при ней «переводчиком», она читала по моим губам. Больше всего мама любила детей — когда я вышла замуж и появился мой первенец (его, кстати, назвали Борей, в честь моего умершего в блокаду брата), она вышла на пенсию, чтобы нянчить внуков.

— Бабушка Вера нянчила и моего сына, — добавляет ее племянница Ирина Кондрахина. — Хоть она почти не слышала, но никто не умел так с малышами ладить, как она. Мой сын плохо спал по ночам, она его «караулила»: ложилась рядом с его кроваткой и клала туда руку, чтобы почувствовать, если он проснется. Дети ее очень любили. Невероятно, как ей удалось после всего пережитого сохранить столько душевного тепла.

Владимир умер в конце 60-х годов — фронтовые ранения пошатнули его здоровье. Вера Кирилловна, дожив до глубокой старости, — в 1998-м.

— Как жаль, что мамочка не дожила до того времени, когда ее сумка нашлась, — вздыхает Ирина Лаптева. — С тех пор как нам позвонили из музея, мы не можем прийти в себя. В первый момент была огромная надежда — вдруг в сумке найдутся фотокарточки Людочки, Бори и Раечки, о которых так просил в своих письмах папа. Ведь ни одного их изображения не сохранилось, я даже не знаю, как они выглядели. Но увы.