Без кейворда

Тотемный зверь сербов – волк. Единственный славянский народ, у которого символом этот зверь. У остальных медведи, зубры и свиньи. Сербы похожи на волков, когда видят друг друга – начинают приветствовать серб серба по-волчьи: обнюхиваются и целуются. Серб, видя другого серба, радуется и преображается. Начинает улыбаться и говорить-говорить. О чём угодно: о Куштунице и Борисе Албанце (Тадиче). Об очередном матче «Црвены Звезды»(«цыгане») и «Партизана» («гробовщики»), о сербском селе и о Путине.

Сербу доставляет удовольствие общаться с сербом.Сербы – народ сетевой и коммуникативный. В принципе сербам достаточно сербов, но они признают и некоторые другие народы. Но главное для них православное христианство – это основа сербской идентичности. Сменив религию, серб теряет этническую принадлежность. Если серб принял католичество – он становится хорватом. Он продолжает говорить на сербохорватском языке, но он сербом уже не будет. (Сейчас сербы говорят: у хорватов свой язык, а у нас свой. Хотя никакой разницы между этими языками вообще нет). Если серб принимает ислам – он превращается в мусульманина и тоже перестаёт считаться сербом. Т.е. серб – это православный серб, а ни какой-нибудь другой. Сейчас даже не бывает сербских атеистов. Например, наследники Ленина и Тито из Социалистической партии Сербии называют себя «ортодоксальными социалистами» или даже «православными большевиками» (так раньше называли и евразийцев).

И не скажешь, что сербы «обрядоверы» - все сплошь соблюдают посты и по воскресеньям ходят в церковь. Нет, этого нет. Но православие в Сербии – это реальное, а не размытое или гламурное православие (как в России). В сербском православии бьётся жизнь, клокочут энергии, оно органично для народа, православие стало настоящей судьбой Сербии.Сербия – это единственная страна, которая по праву может называться наследницей Византии. Вернее, не так. Наследница Византии – это Россия, единственный народ из византийской семьи, из которого вышло, что-то путное. А Сербия – это и есть Византия. В географическом, культурном, цивилизационном, архетипическом, да каком угодно смысле. Сербы часто говорят про Россию: как мы можем относиться к своему ребёнку? Естественно мы обожаем его до безумия. И это правда. Не в том, что великороссы произошли от сербов, а в том, что Россия произошла от Византии. От папы Чингисхана и мамы Византии. А Сербия – это не стёртый временем живой, пассионарный, ортодоксальный её кусок. Дух дышет, где хощет. Дух Византии выбрал для серафимского чина сербский этнос. Поэтому сербы пронизаны онтологией. Путешествие в Сербию – это паломничество в ангелический Царьград, полёт на Птице Времени.

Сербы видят мир избирательно, византиецентрично. Они замечают только православные народы. О, болгарин, собака, болгарин… О, румын, идиот,румын. Грек, ну грек. А это черногорец, да, черногорец! Брате Русе,Велика Земля! Это палитра православного самосознания сербов. Ещё они знают о существовании православных аланов-осетин и армян, которые «несовсем, такие как мы» (имеется ввиду «не совсем православные»). И всё. Остальные народы сербы не видят, относятся к ним как к инфернальному злу, либо просто как к части не освоенного ландшафта, как к странной и неуютной среде. Они смотрят на неправославные народы, как индусы наблюдают Океан, не понимая, что там происходит, не вслушиваясь в его шум.

Серб, становясь католиком, превращается в невидимку, остальные сербы действительно перестают его видеть! Они смотрят сквозь него! Ренегат вываливается из православного сербского бытия, и ортодоксально-солипсические сербские рецепторы не различают католиков. Это что-то сродни змеям, василискам, сугробам.

Сознание субъективно. Одни народы считают, что Земля круглая, другие,что квадратная, согласно третьим представлениям, она по-прежнему базируется на китах. Не знаю точного сербского мнения по данному вопросу. Видимо, согласно сербскому мировоззрению богоспасаемая вселенная ограничивается размерами православного мира, окрест бьются волны изначального хаоса и выброшенных вовне аггелов сатанинских. Сербы до сих пор живут в эоне Катехона! Сербия – возрождённая из пепла, аки Птица Феникс, Византия.

С этой точки зрения становится понятна странная иррациональная комплиментарность сербов и русских. Честное слово, но Россию как сербы не любит никто, ни один народ на этой странной, плавающей в чёрной бездне планете. Но и русские любят сербов, причём избирательной любовью, относительно других обласканных великанской русской лаской народов.Русские любят сербов, так как люди любят свою мать. Потерянную в детстве и найденную много лет спустя. Так как любят и вычленяют свою мать взрослые животные: кони, собаки, морские коньки. Чувство любви к матери не спутаешь ни с чем. Сербия - Мама – Византия!

В центре сербского кладбища

Дугин рассказывал о своей поездке в Швецию по приглашению местной сербской общины. Вместе с сербами они ездили из одного города в другой от сербов к сербам. Из сербской общины Гётеборга в сербские семьи Норчёпинга, в Сербский Дом Стокгольма. За всю поездку Дугин не разговаривал ни с одним шведом! Было полное ощущение поездки по Сербии: там сербский стол с мясом, каймаком и кофе по-турецки, здесь сербский стол (мужская кампания и сербские песни), вот сербская православная часовня, вот сербский православный собор. А где же шведы? Сербы живут в Швеции и не видят шведов! Сербы живут в сетевой Сербии! Я это могу подтвердить на все сто процентов. Говорят, что в Косово сейчас полтора миллиона албанцев. Вместе с сербами я объехал всё Косово и не видел ни одного! Вернее видел как часть проплывающего мимо пейзажа, наряду с горами, бензоколонками и натовскими БТРами. Я путешествовал внутри сербской сети. Из города в город, из анклава в анклав, из монастыря в монастырь. А в сербской сети нет и быть не может никакого албанца. Они их называют шиптарами, произнося слово сочно, словно переходя на наречие змей. Ш-ш-шиптары.

Друзья-шиптары устроили из американской оккупации края карго-культ. Как жители Соломоновых островов, молившиеся на упавшие с неба американские и японские самолёты. Косовские албанцы совершают намаз, сидя на американском флаге. Это такая мода. В центре Приштине из гранита установлен памятник Биллу Клинтону. По-моему это перебор. Про американские флаги на каждом албанском доме я просто умолчу.

Косово – сакральный центр Сербии, сербская Палестина. В нём расположены основные сербские святыни: Грачаницы, Печка Патриаршья, Зочиишты, Девич. Собственно, название «Метохия» - обозначает «церковные земли». Сегодня они разграблены и разорены, организованыыми НАТО албанцами, а также, например германскими солдатами КФОР, пожигавшими вместе с шептарами правосланые монастыри. Параллельно вопрос к русским: как вы бы отнеслись, если бы колыбель Великороссии Владимирская Русь была бы оккупирована силами НАТО, заселена, принявшей ислам мордвой, а вокруг храма Покрова на Нерли паслись американские БТРы? Это, чтобы легче понять, что такое Косово и Метохия для сербов.

Ось Сербской земли монастырь Успения Пресвятой Богородицы в Грачаницах.

Грачаницы в самом сердце Косово – окраина Приштины. Если на севере в Митровице и на юге Косово в Штрбце сербы живут компактно, примыкая к Сербии и Македонии, то православные сербы Грачаниц находятся в самом центре Албанского Косово и западной оккупации. Натовско-албанское Kosova, аки древлий дракон обвилось вокруг сердца Сербии-Византии. Но евразийцы видели это сердце. Они были в нём, а оно в нас.

Монастырь в Грачаницах окружён «ежами» и обтянут колючей проволокой. Его охраняют шведы. Конечно это позор и плевок всему православному миру. Я тут же представил Раифский монастырь Грузинской Божьей Матери в Татарии, обтянутый проволокой под охраной военных из Норвегии и Кении. Крестимся перед входом в монастырь – оккупанты наблюдают за нами с интересом. Проходим внутрь.

Что дальше было – объяснить не могу, а врать не хочу. За каменным забором и колючкой начинается солнечная сфера - концентрация «умной молитвы» и сверхэнергия смысла сущестования православного мира. Концентрация жизни – смерть. Концентрация православия в современном мире – Монастырь Успения Пресвятой Богородицы в косовских Грачаницах. Что такое умереть, успеть? А что такое православие? Мы перескакиваем на иной язык.

Косово открывает на всё глаза. Это политический исихазм, после Косова и после Грачаниц начинаешь видеть политику и геополитику сердцем, на слепых белках реальности лопаются красные полосы. Косово – сербское кладбище, символично, что в Грачаницах мы были на радуницу, сербы поминали своих родителей у разбитых крестов и обелисков. (Сербская радуница не на послепасхальной неделе, а на предпасхальной). Лёгкие вдыхают потусторониий кислород, аэр врывается в кровь, обращая её в золото. Пропорции мира восстановлены. Византия под властью крестоносцев, Святая Земля попирается басурманами и еретиками. Грачаницы – это новый русский Константинополь, который безуспешно искала и так и не нашла русская армия в многочисленных крестовых походах романовской династии. Сегодня наш Константинополь – это Косово. Он должен быть отвоёван любыми способами, да хоть с применением новейшего сейсмического оружия и грязной атомной бомбы (сербы предлагают вылить русский полоний в Темзу). Потому что Косово – это могила нашей матери. Могила нашей священной и родной мамы. Византии. Это место Успения Пресвятой Богородицы.

И все, кто насилует и грабит её могилу ответят сполна. Шведы и греки, латыши и англосаксы, шиптары и германцы, хохлы, поляки и французы (все, кто участвует в этой омерзительной гробокопательской миссии). Это не будет крестовый поход в старом смысле этого слова. Россия совершит радуницу. А если по дороге будет убито несколько миллионов осквернителей могил, то, что ж в этом странного? Весь прекрасный мир и все силы Бытия скажут: поделом им.

Россия совершает Радуницу в Косово. Это должен сделать каждый Русский. Потому что у каждого Русского есть Мать.