1503 год Из истории селений Брянщины. Рогнединский район.

Первые достоверные известия о славянских поселениях на территории современного Рогнединского района относятся к XII в., но, согласно археологическим данным, славяне появились здесь не позже VIII - IX веков. К концу XI в. эта территория была уже хорошо освоена и плотно заселена. Не случайно из 14 центров волостей Брянского уезда, воссоединившегося с Русским государством в 1503 году, пять (Пацынь, Федоровское, Осовик, Покиничи, Сухарь) находились именно здесь. Не позже XVI в. возникли Бабенки, Бабичи, Башево (слилось с с. Хариново), Близница (слилось с д. Ратовской); Болохча, Вороново, Гатьково, Долгое, Желтоночевичи, Жуково, Каменка, Кисляково, Клечетово, Княгинино, Копаль, Лазицы, Летошники, Литовники, Межево, Милейково, Мокрое, Молотьково, Нечаево, Ормина, Селиловичи, Снопоть, Студенец, Толвино, Хариново (Мишково), Хотмирово, Чернея, Щипонь, Щепет, Яблонь. В документах XV I I в. встречаются названия и таких селений, как Бухолово, Горелая Слобода, Зимницы, Ивашково, Литвинове, Малое Рогнедино, Павловичи (сейчас д. Павлова Слобода), Павловское, Ратовская, Сельцо, Сарыев Конец (слился с д. Молотьково), Стреганово, Тюнино, Харинов Конец (слился с с. Хариново), Хорошково, Шепырево, Шаровичи. Таким образом, «возраст» основной части селений Рогнединского района — свыше 300-400 лет. До 1861 года подавляющее большинство земель и крестьян принадлежало помещикам, в основном — мелким и средним. Среди помещиков, помимо Алымовых, Безобразовых, Бородавициных, Кузеневых Львовых, Мяеоедовых, Потресовых, Чеплыгиных, Щербовых и прочих, были представители таких знаменитых фамилий, как князья Волконские, Саврасовы, Тютчевы, Тухачевские. Размеры селений были, как правило, невелики— 10-20 дворов, а порой и менше. В западной части района, входившей с конца XVIII в. в состав Рославльского уезда Смоленской губернии, крупнейшим селом являлось Рогнедино, где накануне отмены крепостного права проживало более тысячи крестьян. Другие селения заметно отставали: Болохча (580), Чернея (518), Милейково (410), Хариново (360). В юго-восточной части, входившей в состав Брянского уезда, число крупных селений было больше: Яблонь (979), Селиловичи (794), Вороново (738), Жуково (548), Снопоть (543), Пятницкое (536), Литовники (405), Копаль (398), ст. Хотмирово (373). В северо- восточной части, относившейся к Калужской губернии, крупнейшим было село Шаровичи. РОГНЕДИНО. В краеведческой литературе давно утвердилось мнение, что название Рогнедино связано с именем жившей во второй половине X в. полоцкой княжны Рогнеды, насильно взятой в жены князем Владимиром Святославичем и ставшей матерью его четырех сыновей и двух дочерей. Довольно распространена легенда о том, что киевская княгиня Рогнеда была якобы выслана Владимиром в отдаленный лесной край, где и основала село, которое стало носить ее имя. Названа и дата этого события — 985 г. Однако никакими историческими документами это не подтверждается. Незадолго до принятия в 988 году христианства Владимир Святославович действительно прервал брак с Рогнедой, но сведений о ее опале или ссылке нет. Между тем в летописях есть известие, которое помогает определить время возникновения Рогнедина. В феврале 1168 г., находясь в Смоленске, князь Ростислав Мстиславович опасно заболел. «И виде его сестра его Рогнеда велми изнемогающе, и нача ему молитися, да ляжет в Смоленеце в своем здании,, он же рече ей: «Не могу здь лечи, но везете мя Киеву. » (Ростислав был одновременно князем смоленским и великим князем киевским, и его стремление прибыть в Киев связано с желанием сохранить великокняжеский престол за смоленской династией). «. И нридоша с Ростиславом из Смоленьска, а ему уже вельми изнемогающу; и быеть в селе Рогнедине в Зарубе. » Здесь князь и скончался 14 марта 1168 г., а похоронен был через неделю в Киеве. Таким образом, название «Рогнедино», несомненно, связано со смоленской княгиней Рогнедью, жившей в XI I в. Ясно и другое: в выражелии «в селе Рогнедине в Зарубе» слово «Рогнедино» указывает на владельческую принадлежность села, название которого "Заруб. Волостной центр Смоленского княжества Заруб (именуемый так в связи с нахождением близ границы Смоленской и Черниговской земель) известен с 1136 года, но возник он, вероятнее всего, в начале XI I в. Волость первоначально управлялась смоленскими князьями, а примерно с середины века она перешла в собственность сестры Ростислава Мстиславовича. Рогнедь, вероятно, не только довольно долго владела Зарубом, но и часто жила в нем, почему село и стало называться просто Рогнедино. Поскольку имя Рогнедь (Рогнеда) было на Руси очень редким, а о носившей его смоленской княгине в дальнейшем забыли, то и название села Рогнедино в течение времени становилось все более трудно объяснимым и нередко искажалось в разговоре местных жителей и в документах (Рагнедино, Лагредино, Разгредино). Сохранился документ 1610 года о пожаловании Андрею Бородавицыиу его старого поместья — «сельцо Рогнедиш». Ему же была пожалована деревня Рогнедино, бывшее поместье Афанасия Кузеиева. Следовательно, в начале XVII в. рядом существовали два одноименных селения (второе из них позже стало называться Малое Рогнедино). В середине XIX в. Рогнедино было крупнейшим из сел не только Рославльского уезда, но и всей Смоленской губернии. Отметим, наконец, что в с. Рогнедино в 1902 году в семье местного священника Павла Павловича Чаплина и его жены, учительницы, Веры Ивановны родился сын Николай, бывший в 1924-1928 гг. генеральным секретарем ЦК ВЛКСМ, ставший затем видным партийным деятелем и подобно многим оказавшийся жертвой необоснованных репрессий в 1938 году. ПАЦЫНЬ. Как волостный центр Смоленского княжества Пацынь впервые упоминается одновременно с Зарубом. Вторично Пацынь названа в грамоте «О погородье», относящейся в 1210-м годам и содержащей перечень городов, которые платили дань смоленским епископам. Возле современного села имеется довольно большое древнее городище, где была обнаружена керамика XI-XIII вв. однако, по мнению обследовавшего городище Л.В. Алексеева, оно относится к дославянскому времени. Так что вопрос, была ли Пацынь XII -XIII веков поселением городского или сельского типа, пока нужно считать открытым. Не проясняют его и сведения, относящиеся к XV веку, когда Пацынская волость входила в состав Великого Литовского княжества. В 1447 году Пацынь стала местом сбора ряда русских князей и бояр (Василия Ярославича Воровского, Семена Оболенского и др.), которые в годы феодальной войны в Русском государстве сначала выехали в Литву, а затем решили объединенными силами помочь князю Василию Васильевичу восстановить свою власть в Москве. Поскольку Пацынь была заранее выбрана местом такого сбора, можно предполагать, что она являлась довольно крупным поселением. Подтверждает это и один из документов «Литовской метрики» от 1470 г., согласно которому Пацынь была пожалована некоему Климентию, у «Пацыпи ж село Федоровское». Учитывая, что Федоровское было волостным центром, есть основание считать, что Пацынь была центром целой округи, включавшей несколько соседних волостей. К XVII в. это положение окончательно утвердилось, поскольку федоровское, Осовик, Покиничи, Сухарь и нее относящиеся к их волостям селения вошли в состав Пацынской волости, занимавшей основную часть современного Рогнединского района и часть Дубровского района. Волость очень сильно пострадала в период «смутного времени» начала XVII в. Сменились в это время и владельцы Пацыни. Ими стали С. Везобразов, В. Зиновьев, С. и М Семичевы, каждый из которых получил определенный «жребий». Из прежних владельцев В. Мясоедов был убит, а Захарий Пересветов «отъехал к вору», Лжедмитрию II (не исключено, что 3. Пересветов генеалогически близок известному публицисту середины XVI в. Ивану Пересветову, а весь этот род берет начало от героя Куликовской битвы брянского боярина, позже — монаха Пересвета). К концу XVIII; в. Пацынь еще оставалась довольно большим селом, в котором проживало около 450 крепостных, принадлежавших более чем двадцати владельцам, но прежней роли село уже не играло. ОСОВИК. В 1920 г. белорусский археолог А.Н. Лявданский обнаружил возле села Осовик городище, которое возникло, по мнению исследователя, не позднее XI в. В 1969 г. на Осовицком городище К.В. Павловой и П.А. Раппортом проведены раскопки, которые дали интересные сведения об этом, по выражению археологов, «замечательном памятнике». По результатам раскопок было уточнено, что население здесь возникло в первой половине XII в. и сразу же заняло территорию около 1 гектара. Оно состояло из небольшого детинца и довольно значительного окольного города. Экономическая роль города была невелика (из ремесел здесь лучше развивались железоделательное и гончарное) и уступала его военно-административному значению. Наибольшего развития Осовик достиг в XIII- XIV в. он был оставлен населением, хотя следов разгрома города не обнаружено, С Осовиком связана фамилия князей Осовецких (Осовицких), начало которой идет от первого брянского князя Романа Михайловича. Достоверных сведений об этих князьях нет. Вероятнее всего, Осовик и некоторые другие владения на юге Смоленского княжества попали под власть брянских князей после 1285 г., когда Роман Михайлович совершил поход на Cмоленск. Первым князем в Осовике был, видимо, внук Романа Брянского от его старшего сына Михаила, который умер еще при жизни отца. Как правило, в этих случаях дети умерших не могли рассчитывать на лучшие владения, а получали окраинные или другие второстепенные уделы. Усилившееся в начале XIV в. соперничество между Брянским и Смоленским княжествами складывалось не в пользу брянских князей, что и привело к ликвидации Осовицкого княжества и опустению города. На рубеже XV —XVI вв. Осовик был еще центром волости, но его значение продолжало падать. ВОРОНОВО. Название села впервые встречается в 1610 г. среди владений братьев Парфеньевых. В 1634 г., в конце Смоленской войны между Россией и Речью Посполитой, военные неудачи и усилившаяся классовая борьба отрицательно сказывались на настроениях русских служилых людей и сопровождались уходом многих из них в «вольные казаки». Как сообщал голова С. Кузенев, возглавлявший один из отрядов царских войск, посланный вслед мятежным казакам, в июле 1634 г. «в деревне Вороново. с воры с казаки государевым людям был бой, и тех воров осадили и с ними были четыре боя. ». Судя по отсутствию хвалебных донесений о результатах сражения, оно не принесло успеха царским войскам. Вороново в это время было поместьем князя Г. К. Волконского и оставалось владением этой княжеской фамилии более 200 лет. В 1796 г. 15 крестьянских семей из Воронова были проданы княгиней Волконской помещику, Шевцову, пользовавшемуся недоброй славой в округе (он владел деревнями Жуково, Литовники, Сельцо и Бытоша). Крестьяне предпочли бежать к соседним помещикам, но были возвращены новому владельцу и переселены в д. Жуково. В январе 1797 г. крестьяне всех принадлежавших, Шевцову селений провели сходку в д. Жуково и единодушно договорились, выбрав старосту д. Литовники Ивана Лобанова и бывшего вороновского крестьянина Герасима Данилова, направив их к царю с жалобой, что «от господина их наложена была подать весьма тяжелая, и сбор денежный с них происходит велик». По заявлению помещика Брянский уездный суд приговорил семерых главных зачинщиков волнений наказать кнутом и сослать навечно на каторгу, но Орловская губернская палата суда и расправы, учитывая, что про ступки крестьян не имели серьезных последствий и произошли «от их невежества, простоты и незнания законов», а также почти полугодовое пребывание крестьянских вожаков в тюрьме, освободила их от наказания, потребовав лишь впредь повиноваться владельцу. В 1840 г. Вороново перешло во владение известного промышленника И.Л. Мальцева, который построил здесь свеклосахарный завод, существовавший около трех десятков лет. / Политический собеседник (Брянск). - 1990. - № 13. – С. 26-30.